«Стратегия, которой мы следовали (в это трансферное окно), не может быть оторвана от того, что мы делали в последние три-четыре сезона. С начала последнего цикла инвестиций, с Тиагу Моттой, мы продолжали вкладывать средства. С того момента, как мы начали, включая бонусы, выплаченные другим клубам, мы инвестировали 280 миллионов. И не получили столько же обратно.
С выходом в еврокубки мы подписывали игроков, чьи зарплаты превышали стандартный уровень. По завершении выступлений в еврокубках, мы столкнулись с проблемой: содержание команды обходилось дороже, чем доходы клуба. У руководства уже была идея провести дополнительную капитализацию в размере около 15 миллионов евро».
Переходный сезон? Я привёл вам цифры - мы не собираемся прекращать инвестировать, и владелец гарантирует нам ежегодную поддержку. Это нужно учитывать: акционер вложил в клуб более 280 миллионов. Мне не нравится формулировка «переходный период» - оно может означать что угодно и ничего.
Мы не перестанем инвестировать, но факт остаётся фактом: мы вложили больше, чем заработали. Наша цель - устойчивый футбол, и проект рассчитан на долгосрочную перспективу. У Сапуто нет никаких мыслей о том, чтобы бросить клуб, - он настроен серьёзно и надолго. Существовала финансовая необходимость, которую нужно было решить, но это не значит, что команда не может достойно выступать в Серии А.
Если мы сможем попасть в первую десятку, мы будем довольны. Это ситуация, которую нужно приводить в порядок со временем, и нам понадобятся ресурсы владельца. Итальянский футбол теряет позиции, и вполне естественно, что на лучших игроков поступают запросы. Мы - единственная лига, в которой нет финансового фэйр-плей.
Постепенно мы будем стараться привести структуру расходов в порядок. Мы удвоили ресурсы, выделяемые на молодёжный сектор. В данный момент есть конкуренты, которые могут инвестировать больше нас. Как только клуб стабилизируется, мы снова начнём вкладывать средства. Мы продолжим работать над снижением затрат и увеличением доходов, но в этом процессе нам всегда будет помогать Джой Сапуто.
Сделка по Роу не преследовала цель экономической устойчивости. Она состоялась после того, как мы попытались убедить парня остаться, но безуспешно.
Мы взяли его, потому что он покидал «Марсель» после инцидента с нарушением дисциплины. Он уже проявлял некоторые небольшие проблемы с характером. Ещё на предсезонных сборах он подавал сигналы нервозности, хотя запросов на него не было.
Работать на тренировках определённым образом - это также уважение к партнёрам; если этого нет, то срабатывают тревожные звоночки. Вдобавок он мог вступить в конкуренцию с Камбьяги, который показывал себя лучше на тренировках. Это была ситуация, которая могла привнести негатив.
Мы знали, что работать с ним будет непросто, поэтому, учитывая, что он является самым дорогим приобретением в нашей истории, мы воспользовались моментом. Мы заключили хорошую сделку с «Аталантой», получив процент от будущей перепродажи и взяв игрока Кассу, который нам нравился.
Все являются конкурентами, но с «Ромой», например, разница в сотни миллионов евро. Кастро настоятельно попросил, чтобы его продали в «Рому», которая будет играть в Лиге чемпионов, - это инвестиция, которая может изменить карьеру. Вначале мы просили его остаться, но он сказал, что это шанс, который он не может упустить.
Мы также пытались удержать Лукуми, но пообещали ему дать возможность уйти, потому что у него больше не было мотивации. Можно ли было, продав Роу, сохранить Кастро? Нам не нравилась идея держать игрока, который мог бы уйти через год. Когда мы поняли настоящую сущность Роу, Кастро уже был продан.
Пикколи ещё молод, но уже проявил свои качества. Что касается Довбика, цифры говорят сами за себя: у него была проблема в прошлом году, но он невероятно старается вернуть форму. Мбангулу мы отслеживали долгое время.
Я не понимаю ворчания по поводу форматов сделок. Даже клубы крупнее нас совершают операции с арендой и правом выкупа. Это позволяет лучше узнать игрока. Энем? Мы решили оставить его, чтобы он познакомился с методами тренера; в январе посмотрим, что делать. В этом году мы приняли другую стратегию, но мы очень верим в ребят, которые пришли.
Тренер не просил купить ему еще одного полузащитника. Если седьмой полузащитник — Либра, мы должны быть довольны. Если Раймондо хорошо выступает в «Фрозиноне», мы тоже должны быть довольны, потому что это также представляет собой потенциальный доход. «Аталанта» заработала около 350 миллионов евро за последние годы на продажах игроков, воспитанных в академии.
В предыдущие трансферные окна мы привлекали опытных игроков, полезных для еврокубков. Сейчас введение молодых может стать идеальным сочетанием.
Тедеско произвёл отличное впечатление своими идеями и подходом: в матче против «Аталанты» он уже показал яркий футбол, который помогает сохранить позитивную атмосферу, сложившуюся вокруг «Болоньи» в последние годы. Вхождение в итальянский футбол потребует времени, но принесёт положительные результаты. Когда мы выбираем тренера, мы надеемся открыть с ним цикл. К сожалению, с другими так не получилось.
Итальяно? Он дал понять, что хочет уйти, ещё до разговоров о трансферном рынке. Кроме Гасперини в «Аталанте», не было тренеров, которые бы работали очень долгие циклы.
Проект стадиона станет важным по многим причинам. Стадионы — это место, где формируется фанатское сообщество. Это нужно делать и ради доходов: расходы вещателей остановились в последние годы, поэтому мы должны расти за счёт стадиона. Это принесло бы нам десятки миллионов евро дополнительных поступлений.
Инвестиции сделает Сапуто, а не «Болонья», совместно с выставочным центром. Проект проще, чем реконструкция «Далл'Ары». Для нас крайне важно продвигаться с этим стадионом, который означает большую конкурентоспособность. Стадион важен и для города Болонья, который сейчас не имеет современного многофункционального комплекса, способного принимать футбол и концерты.
Срок полномочий совета директоров истекает в 2027, но я уже говорил с Сапуто о продолжении работы. Так же мы поступим с Марко Ди Вайо и Джованни Сартори - мы обсудим продолжение работы с этой командой.
Продление Орсо? Это было непросто, мы решили предложить ему долгосрочный контракт с некоторыми бонусными пунктами за результативность. Мы хотели иметь игрока, с которым можно идентифицировать себя, с нашим видением и чувством принадлежности, чтобы он стал символом «Болоньи».
С выходом в еврокубки мы подписывали игроков, чьи зарплаты превышали стандартный уровень. По завершении выступлений в еврокубках, мы столкнулись с проблемой: содержание команды обходилось дороже, чем доходы клуба. У руководства уже была идея провести дополнительную капитализацию в размере около 15 миллионов евро».
Переходный сезон? Я привёл вам цифры - мы не собираемся прекращать инвестировать, и владелец гарантирует нам ежегодную поддержку. Это нужно учитывать: акционер вложил в клуб более 280 миллионов. Мне не нравится формулировка «переходный период» - оно может означать что угодно и ничего.
Мы не перестанем инвестировать, но факт остаётся фактом: мы вложили больше, чем заработали. Наша цель - устойчивый футбол, и проект рассчитан на долгосрочную перспективу. У Сапуто нет никаких мыслей о том, чтобы бросить клуб, - он настроен серьёзно и надолго. Существовала финансовая необходимость, которую нужно было решить, но это не значит, что команда не может достойно выступать в Серии А.
Если мы сможем попасть в первую десятку, мы будем довольны. Это ситуация, которую нужно приводить в порядок со временем, и нам понадобятся ресурсы владельца. Итальянский футбол теряет позиции, и вполне естественно, что на лучших игроков поступают запросы. Мы - единственная лига, в которой нет финансового фэйр-плей.
Постепенно мы будем стараться привести структуру расходов в порядок. Мы удвоили ресурсы, выделяемые на молодёжный сектор. В данный момент есть конкуренты, которые могут инвестировать больше нас. Как только клуб стабилизируется, мы снова начнём вкладывать средства. Мы продолжим работать над снижением затрат и увеличением доходов, но в этом процессе нам всегда будет помогать Джой Сапуто.
Сделка по Роу не преследовала цель экономической устойчивости. Она состоялась после того, как мы попытались убедить парня остаться, но безуспешно.
Мы взяли его, потому что он покидал «Марсель» после инцидента с нарушением дисциплины. Он уже проявлял некоторые небольшие проблемы с характером. Ещё на предсезонных сборах он подавал сигналы нервозности, хотя запросов на него не было.
Работать на тренировках определённым образом - это также уважение к партнёрам; если этого нет, то срабатывают тревожные звоночки. Вдобавок он мог вступить в конкуренцию с Камбьяги, который показывал себя лучше на тренировках. Это была ситуация, которая могла привнести негатив.
Мы знали, что работать с ним будет непросто, поэтому, учитывая, что он является самым дорогим приобретением в нашей истории, мы воспользовались моментом. Мы заключили хорошую сделку с «Аталантой», получив процент от будущей перепродажи и взяв игрока Кассу, который нам нравился.
Все являются конкурентами, но с «Ромой», например, разница в сотни миллионов евро. Кастро настоятельно попросил, чтобы его продали в «Рому», которая будет играть в Лиге чемпионов, - это инвестиция, которая может изменить карьеру. Вначале мы просили его остаться, но он сказал, что это шанс, который он не может упустить.
Мы также пытались удержать Лукуми, но пообещали ему дать возможность уйти, потому что у него больше не было мотивации. Можно ли было, продав Роу, сохранить Кастро? Нам не нравилась идея держать игрока, который мог бы уйти через год. Когда мы поняли настоящую сущность Роу, Кастро уже был продан.
Пикколи ещё молод, но уже проявил свои качества. Что касается Довбика, цифры говорят сами за себя: у него была проблема в прошлом году, но он невероятно старается вернуть форму. Мбангулу мы отслеживали долгое время.
Я не понимаю ворчания по поводу форматов сделок. Даже клубы крупнее нас совершают операции с арендой и правом выкупа. Это позволяет лучше узнать игрока. Энем? Мы решили оставить его, чтобы он познакомился с методами тренера; в январе посмотрим, что делать. В этом году мы приняли другую стратегию, но мы очень верим в ребят, которые пришли.
Тренер не просил купить ему еще одного полузащитника. Если седьмой полузащитник — Либра, мы должны быть довольны. Если Раймондо хорошо выступает в «Фрозиноне», мы тоже должны быть довольны, потому что это также представляет собой потенциальный доход. «Аталанта» заработала около 350 миллионов евро за последние годы на продажах игроков, воспитанных в академии.
В предыдущие трансферные окна мы привлекали опытных игроков, полезных для еврокубков. Сейчас введение молодых может стать идеальным сочетанием.
Тедеско произвёл отличное впечатление своими идеями и подходом: в матче против «Аталанты» он уже показал яркий футбол, который помогает сохранить позитивную атмосферу, сложившуюся вокруг «Болоньи» в последние годы. Вхождение в итальянский футбол потребует времени, но принесёт положительные результаты. Когда мы выбираем тренера, мы надеемся открыть с ним цикл. К сожалению, с другими так не получилось.
Итальяно? Он дал понять, что хочет уйти, ещё до разговоров о трансферном рынке. Кроме Гасперини в «Аталанте», не было тренеров, которые бы работали очень долгие циклы.
Проект стадиона станет важным по многим причинам. Стадионы — это место, где формируется фанатское сообщество. Это нужно делать и ради доходов: расходы вещателей остановились в последние годы, поэтому мы должны расти за счёт стадиона. Это принесло бы нам десятки миллионов евро дополнительных поступлений.
Инвестиции сделает Сапуто, а не «Болонья», совместно с выставочным центром. Проект проще, чем реконструкция «Далл'Ары». Для нас крайне важно продвигаться с этим стадионом, который означает большую конкурентоспособность. Стадион важен и для города Болонья, который сейчас не имеет современного многофункционального комплекса, способного принимать футбол и концерты.
Срок полномочий совета директоров истекает в 2027, но я уже говорил с Сапуто о продолжении работы. Так же мы поступим с Марко Ди Вайо и Джованни Сартори - мы обсудим продолжение работы с этой командой.
Продление Орсо? Это было непросто, мы решили предложить ему долгосрочный контракт с некоторыми бонусными пунктами за результативность. Мы хотели иметь игрока, с которым можно идентифицировать себя, с нашим видением и чувством принадлежности, чтобы он стал символом «Болоньи».
